Альма. Путешествие

цвет рая фотография, фото, снимок, фотограф maryatekun.ru

Однажды моя двоюродная тетя пригласила меня отправиться с ней на несколько дней в Грецию. У нее было много денег, но не было компании. Я согласилась. Редко когда мне выпадал такой случай – съездить куда-то, особенно за границу, где я никогда не была. Она сказала, что там прекрасный климат и это поможет мне поправить  здоровье.

Мы попали в группу каких-то полудиких туристов. Тетя сказала, что не любит условный отдых в отелях с экскурсиями, поэтому мы  будем путешествовать с этой группой. «Это позволит нам увидеть и лучше узнать эту страну», — пояснила она.  Я согласилась. Я просто делала то, что мне говорили, и была благодарна за то, что меня вообще взяли с собой и были готовы обо мне позаботиться.

В нашей группе оказалось около  десяти человек. Люди были разного возраста, примерно половина молодых и половина пожилых, но все держались вместе одной компанией, никто не обособлялся. Я увидела, что все одеты как для похода, и вокруг лежали собранные рюкзаки. У меня ничего такого не было. Я сидела на траве рядом со своим чемоданом, и не знала, как быть

Затем к нам подошел инструктор. Это был молодой и красивый грек, спортивный и подтянутый. Он сказал, что его зовут Астуриас, и он будет нашим гидом. Я спросила, что мы будем делать. Он ответил, что мы идем в поход в горы. Он был спокойный и доброжелательный, с ним было очень легко и приятно общаться.  Затем он выдал мне  специальную одежду, кроссовки и рюкзак, как у всех. Я удивилась, а он сказал: «Без проблем, все это входит в стоимость путевки».

Как только все были готовы, мы сразу двинулись в путь по широкой грунтовой дороге, ведущей куда-то далеко  в  горы.  Мы шли очень быстро.

По дороге я наслаждалась видами, которые открывались перед нами, тишиной, спокойствием и уединением. Дул чистый свежий теплый ветер, жары еще не было,  потому что стояла весна, самое благословенное и чудесное время. Кругом зеленели и цвели какие-то деревья, среди камней пробивались травы, все вокруг будто сияло и переливалось разными красками. Звуки камней под ногами отдавались очень отчетливо  в окружавшей нас тишине.

Я не знала, что Греция – социалистическая страна.  Здесь начисто отсутствовали такие понятия как сервис и комфорт, все  было «естественным», то есть  аскетичным, как в бывшем Советском Союзе.   Глядя на окружавшие нас возделанные поля  и брошенные на них  лопаты, кирки и  еще какие-то орудия труда, на валявшиеся тут и там какие-то ржавые детали от машин и огромные деревянные катушки неизвестного назначения, я думала, что если бы это было у нас в стране,  мне было бы стыдно и я бы подумала, почему нельзя сделать для туристов  элементарный порядок и удобства «как в Европе»,  но здесь, наоборот, почему-то  все это казалось мне естественным и природным,  все существовало как бы по законам здешней Земли.

В группе мы все быстро познакомились между собой и даже подружились, так что складывалось  такое впечатление, будто мы были знакомы и раньше.  Довольно сложно будет точно описать словами, как происходило наше общение, потому что, с одной стороны, мы разговаривали достаточно мало, а с другой – не было пустых слов. Мы говорили только о том самом важном, что касалось каждого из нас.  Думаю, именно такой способ общения все мечтают найти для себя, но это редко когда удается. Называется этот путь от сердца к сердцу, я так думаю. И это самый близкий путь,  только он почему-то оказывается всегда закрыт. Наверное, потому что у каждого там стоит свой шлагбаум.

Здесь ничего такого не было. За короткое время мы все сильно сдружились и испытывали друг к другу неподдельную симпатию. Мы как будто знали все о жизни друг друга, и стремились помочь – все вместе каждому – осуществить это непростое восхождение. Всеми этими качествами в полной мере обладал в первую очередь наш гид Астуриас. Возможно, поэтому наша группа была собрана вовсе не так случайно, как я подумала сначала. Я была очень благодарна своей тете за то, что она взяла меня с собой.

По дороге я время от времени размышляла о тех проблемах, которые были у меня в жизни.  Мысли крутились по одному и тому же кругу, что создавало ощущение безысходности.  Странно, но как только я погружалась в эти мысли, тотчас меня принимались утешать и постоянно выражали сочувствие по поводу моего недавнего разрыва с любимым. Мне желали как можно скорее «найти новую любовь».  Еще более странно, что именно по этому поводу никакой особенной грусти  я не испытывала и всякий раз, слыша подобные пожелания, думала про себя: «Нет, только не это!»

Тем временем, дорога плавно вела нас все выше и выше. Мы шли без остановки примерно полдня. Затем у нас был привал. Мы расположились на тенистой поляне с мягкой зеленой травой. Вокруг стеной стояли горы и росли густые деревья.  Инструктор сказал, что здесь недалеко находится какой-то Чудо-сад, и желающие могут посетить его, а остальные могут спокойно отдыхать и обедать. Одна женщина спросила, как найти этот сад. Астуриас ответил, что найти его очень легко, если все время идти по дороге, ведущей вглубь леса.

Как только он это сказал, я сразу встала и пошла искать Чудо-сад. Моя тетя тоже выразила желание пойти со мной, и еще следом за нами отправилась та пожилая женщина.

Пока мы шли по теплой тенистой лесной дороге,  тетя тоже выражала мне сочувствие по поводу утраты любимого. Поскольку ее сочувствие было очень «действенным», я ответила, что не вижу здесь проблемы.

«А в чем тогда проблема? – неожиданно спросила она. – Давай, может быть, вместе подумаем?»

В это время мы вышли на широкую поляну среди леса. Вся поляна была покрыта высокой густой травой, и среди нее  росли удивительные цветы. На высоких стеблях возвышались большие соцветия, напоминавшие собой флоксы. Они были очень нежного розово-голубого  цвета, и как будто светились мягким рассеянным лунным светом в тени окружавшего нас леса. Это было очень красиво!  Мы остановились и в восхищении разглядывали невиданные цветы.  Я с сожалением обнаружила, что забыла взять фотоаппарат. Тогда тетя сфотографировала эти цветы для меня.  Потом мы медленно бродили по высокой траве среди волшебных цветов. Это было похоже на сказку, на сон…

И вдруг меня посетило некое озарение.  Не знаю, как еще назвать то, что со мной произошло. В один момент я как будто сразу увидела тысячу на первый взгляд разрозненных эпизодов из своей жизни, которые сливались друг с другом как шарики ртути, становясь все больше и больше, пока, наконец, всё не слилось воедино, превратившись в  единый образ. Я  четко увидела этот образ и осознала его.

Тогда я сказала тете:

«Кажется, теперь я знаю, в чем причина».

Тетя попросила меня поделиться с ней своими мыслями.

Мы сели на траву. Я сказала следующее:

«Проблема заключается в том, что я постоянно принимаю на себя чужие дела, мысли и чувства. Поскольку я лишена способности отслеживать реальное количество работы, которое беру на себя, это превращается в большую проблему. Чрезмерность и неудержимость моей натуры сказывается во всем, и здесь это играет для меня самую худшую роль».

«Как это происходит?» — спросила тетя.

Мне было сложно ответить. Суть образа заключается в том, что полнота и целостность его смысла становятся ясны одномоментно, следовательно, очень трудно бывает передать этот смысл на словах, поскольку  изложение получается линейно и разбито на отдельные фрагменты. Таким образом целостность образа теряются, а вместе с тем, возможно, теряется и весь его смысл.

Я думала, как объяснить, с чем сравнить.

«Например, — сказала я, — если кто-то говорит мне, что любит меня, я чувствую в себе обязанность любить  в ответ; если кто-то говорит, что скучает, я порицаю себя за то, что уделяю ему слишком мало времени; если кто-то говорит, что нуждается, я тотчас отдаю последнее; если кто-то просит помощи в деле, я беру на себя не только все дело, но и всю ответственность за него; если кто-то думает иначе, чем я, я чувствую в себе обязанность понять и разделить его образ мыслей…  Я  делаю все это, потому что, как мне кажется, не могу поступить иначе, но на самом деле я не ощущаю никакой личной необходимости в этих делах, и этот разрыв, как черная расселина в моем уме и сердце, лишает покоя и разрушает меня. Суть в том, что я не могу видеть плодов своего труда, мне все время кажется, что я делаю недостаточно. Следовательно, я бесконечно порицаю себя и за это».

«Да, интересно, — ответила тетя задумчиво. – Само по себе ни первое, ни второе не является проблемой. Но это странное соединение  – вот, наверное, основная причина».

«Я не знаю, — призналась я. – Возможно, следует прекратить поступать подобным образом, однако… — я вздохнула, — всякий раз мне кажется, что я не могу поступить иначе!»

Когда мы вернулись в лагерь, все уже пообедали и спокойно отдыхали, разлегшись на траве. Есть мне не хотелось, спать тоже, поэтому я тихо сидела в отдалении и ждала, когда закончится привал. В этот момент ко мне подошел Астуриас. Он присел рядом, и какое-то время мы провели в молчании.

«Я сожалею о твоей утрате, и надеюсь, что очень скоро ты обретешь  новую любовь», — неожиданно сказал  он.

Я посмотрела на него с удивлением и некоторым раздражением.

«Почему вы все твердите мне одно и тоже? – спросила я. – Проблема не в этом!»

«Все говорят тебе одно, в то время как я говорю тебе совершенно другое», — ответил Астуриас.

«Но ты сказал то же самое! Разве нет?»

Он усмехнулся.

«Ты знаешь, что любимого называют «половинкой», правда? Так говорят: «найти свою половинку», да?

Я кивнула.

«В то время как одни говорят о внешнем,  я говорю о внутреннем. Нет ничего снаружи тебя, все только внутри».

Данная истина  была мне известна,  но не ясна.

«Как это?»

«Это болезнь сердца, — ответил он и указал не на сердце, а на солнечное сплетение. –  Когда внутри царит разделенность, разделенным кажется и весь мир. Когда внутри не хватает одной половины, весь мир кажется ущербным. Если сердце закрыто, ум берет его роль на себя, и тогда уму кажется, что он работает за двоих. Но это ошибка. Он трудится, не покладая рук, но не может видеть плодов своего труда, а если и видит, они никогда не радуют его», — так сказал Астуриас.

Он смотрел куда-то вдаль, на линию, где гора соединялась с небом и облаком. Его взгляд был спокоен и светел, будто озаренный сияющим солнечным лучом.

Вдруг я почувствовала, как будто этот невидимый луч внезапно пронзил меня насквозь. Я ощутила как будто яркую вспышку, которая осенила меня изнутри. И тогда что-то произошло…

Я вскочила и побежала через всю нашу тенистую поляну на дорогу  и дальше на гору, на солнце.

Астуриас только смеялся мне вслед.