Помощник. глава 4

4

КАЖДУЮ НОЧЬ  Семен Поликарпович возводил свой храм: копал траншею под фундамент, строил опалубку, таскал камни, месил и заливал ведрами раствор…  Работа была как будто воображаемая, но самому Семену Поликарповичу так не казалось –  уставал он вполне реально –  и после ночи поднимался  как после смены, отработанной на стройке.  Мысли его путались. Жизнь во сне постепенно стала казаться более реальной, чем сама реальность,  и, что самое важное, более значимой. Теперь он отсиживал смену на предприятии, как повинность, с трудом сдерживая свои мысли о дальнейшем строительстве и свои порывы. Его основная работа перестала интересовать его. Разумеется, ни с кем из сослуживцев он не обсуждал происходившее  с ним странное – он даже не знал, как назвать  – приключение? На его языке образованного человека, верящего в науку, происходящее должно было  быть обозначено только так: я видел сон. Но с некоторых пор Семену Поликарповичу стало не совсем понятно, кто кого на самом деле «снит»: он свой сон или сон – его самого. По логике выходило все-таки первое, а по ощущениям – явно второе. С некоторых пор «там»  была его настоящая жизнь,  а «здесь» только времяпровождение, необходимость, данность, некая условность бытия. Если бы Семен Поликарпович взялся бы однажды словами описать то, что происходило, он скорее всего сам с собой не согласился бы, потому что в словах и определениях содержалось бы невозможное для него противоречие. Но он не старался облекать свой опыт в слова и задачи такой перед собой не ставил. Он принимал то, что происходило, отказавшись, наконец, искать тому причины и какие бы то ни было объяснения.

КОГДА ФУНДАМЕНТ был залит, Семен Поликарпович присел отдохнуть на краешек не пошедшей в работу доски.  Он закурил сигарету и, довольный, любовался на проделанную им большую работу. «Теперь нужно дать застыть, — думал он. – А чтобы хорошо взялось, крепко, неплохо было бы еще пролить его водой как следует, да не один раз. Но где столько воды возьмешь? Тоже проблема. Из ближайшего ручья можно, конечно, натаскать, но это какой труд!  Каждое ведро тащить в гору. Но что делать, придется. Господи Иисусе Христе сыне Божий, помилуй мя грешнаго, — вырвалось вдруг у него само собой, и Семен Поликарпович даже не успел удивиться, откуда произошли в нем  эти святые слова, из какого корня проросли сквозь него наружу, к небу.

НА СЛЕДУЮЩИЙ  день зарядил дождь. Было видно, что дождь затяжной, на сутки, а может и более. Семен Поликарпович сидел на своей дощечке, укрывшись куском полиэтиленовой пленки, и наблюдал, как еще одну трудную часть работы совершал за него  Господь.  «Святый Боже, Святый Крепкий, Святый Безсмертный, помилуй нас», – твердил он про себя, и сердце его наполнялось спокойствием и умиротворением. «Все в руках Божиих»,  — думал Семен Поликарпович спокойно, и мысль эта больше не казалась ему  надуманной, как раньше.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.